Изолированный пустынный мир, где правят банды, где вода, еда и патроны являются главной валютой, а твоя собственная жизнь зависит от того, насколько быстр твой гравибайк, как точно ты стреляешь и насколько ты жесток.

Изолированный пустынный мир, где балом правят банды, где вода, еда и патроны являются главной валютой, а твоя собственная жизнь зависит от того, насколько быстр твой гравибайк, как точно ты стреляешь и насколько ты жесток.

Хирург на пенсии попадает в магическое средневековье. Люди в этом мире страдают от набегов других разумных существ.

Он прошел весь край смертных Безымянного Мира. Любимый сын, опальный принц, брат, надежный друг, отважный воин, доблестный генерал, убийца, предатель, верный муж, монстр...

Да он же лошара, – сказал мой дядя.– Да он же тюфяк, – сказала бывшая девушка.– Да он же ничтожество, – сказали тёмные.– Вы приручили деда, – сказала Система.

Да он же лошара, – сказал мой дядя.– Да он же тюфяк, – сказала бывшая девушка.– Да он же ничтожество, – сказали тёмные.– Вы приручили деда, – сказала Система.

Послевоенная «толкучка» – настоящее золотое дно. Достать там можно практически все – от продуктов до предметов гардероба. А детская одежда и вовсе нарасхват.

Эта книга, написанная одним из наиболее значимых израильских исследователей национальной истории и культуры, представляет собой многогранную историю Израиля – от истоков сионистского движения в конце XIX века до начала 2000-х гг.

После несчастного случая я снова оказался в 1997 году, в то лето, когда потерял родных и друзей. Но в этот раз у меня есть шанс исправить всё.

В охвативших вселенную играх высших сил людям, планетам, а то и целым звездным системам отведена роль послушных бессловесных пешек, которыми жертвуют без малейших колебаний или угрызений совести.